

ЭкоЛур
Футбольное поле села Шнох заполнено древесиной, всего 4,5 тыс кубометров. Это вырубленный за последние месяцы Техутский лес, попавший под разработку Техутского медномолибденового месторождения. Зрелище не для слабонервных. На глазах стираются с географической карты огромные куски лесного ландшафта, а на его месте появляются голые строительные площадки, которые заполняются бетонными конструкциями. О многих уникальных природных объектах уже можно говорить в прошедшем времени. Например, о Харатадзорском ущелье. Смотрите, запоминайте, так как ущелье уже перекрыто бетонной плотиной. Завтра этого леса, этого ущелья и протекающей по ущелью речки не будет. Будет хвостохранилище, которое, по проекту, должно заполниться отходами до объема 200 млн кубометров, а вместо речки - бетонный канал. (См. фото).
Невозможно представить, как заменят лесопосадки эту стройную, создававшуюся веками экосистему. Техутский проект – беспрецедентный случай, когда после энергетического кризиса 1992-1995 гг. в малолесной Армении только по официальному плану должно быть вырублено 357 га леса. По оценкам же независимых экспертов, развитие инфраструктуры Техутского проекта, включающего рудник, место для отвалов, перерабатывающую фабрику, хвостохранилище и склады на территории 1400 га приведет к исчезновению леса на всей этой территории, и деградации лесной экосистемы в окружающих территориях.
Компания спешит, хотя инвестиций пока у нее нет. Есть переговоры с российским банком ВТБ, который общественность предлагает изолировать от социальных выплат из-за Техута.
Что же предлагает взамен компания АСР? В первую очередь, рабочие места. «Пока из обоих сел (Техут и Шнох) у нас работают 320 человек. Конечно, работают и из других мест. Если нам нужен экскаваторщик, мы бы его обязательно взяли отсюда, но здесь экскаваторщика нет», - объясняет ситуацию член правления АСР Рубен Папоян, - откроем месторождение, откроем и новые рабочие места, до 1400». По его словам, компания компенсирует потерю леса лесопосадками, до 714 га. Вот, в основном, и все. О бюджетном наполнении компания уже не говорит, так как неизвестно, какое финансирование она получит для развития Техутского проекта. Собственных денег у нее явно не хватает. Переговоры ведутся с российским Внешторгбанком уже два года. Не зная, что происходит за закрытыми дверьми, можно утверждать одно: пока ВТБ кредита не предоставил. Кроме того, выступления общественности против Техутского проекта, против компании АСР и правительства, разрешившего эту явно незаконную программу, против финансирующих организаций, довольно нервное обсуждение проекта в европейских структурах, продолжающиеся судебные процессы, все это может сыграть свою роль и сорвать сделку.
Тем не менее, лес в Техуте вырубается. Развитие инфраструктуры проекта происходит на самых нетронутых и прекрасных участках, куда до проведения дорог лесорубы еще не добирались. Сейчас добрались и вырубили уже до 60 га леса.
«У нас сельское хозяйство вступает в противоречие с горнорудной промышленностью. Если бы оно было бы хорошо развито, то трудно было бы его отнять. Но его не развивают. Поэтому и территорию отнимают» - говорит житель села Шнох Лева Алиханян, вступивший в судебный спор с компанией АСР из-за собственной территории. Техутский проект отнял у сел Шнох и Техут 81,483 га земель по правительственному решению, признавшему приоритетным интересом интересы частной компании. «Для кого этот интерес приоритетный? Да, сейчас люди будут иметь работу, пусть 20 лет, а потом, чей это будет интерес?», - говорит Алиханян.
До сих пор Лева Алиханян и еще несколько жителей так и не согласились отдать земли под Техутский проект. С одной стороны, определенные компанией компенсации чрезвычайно низки, 10-15 центов за 1 кв. м. С другой стороны, компания, хотя и обещала открыть рабочие места, не может взять на работу всех жителей села, и что делать тем, кто лишился земли, но не может устроиться на работу в компании, непонятно. «Лева пока своей земли не отдал. «Мои земли высоко. Пока до них доберутся, пройдет несколько лет, и я это время буду их использовать», - говорит он. Но что будет дальше?
«Знаете, найдутся люди, которые всегда будут за компанию, скажут, ничего, потом все исправится. Но в 80-х годах, когда вообще было запрещено держать оружие и сопротивляться власти под угрозой 20-летнего заключения, народ все же восстал и победил. Так и в нашем случае, придет время, подумаем».
Август 09, 2010
