Биосферный комплекс «Зангезур»: вопросы без ответов

ЭкоЛур

Биосферный комплекс «Зангезур» создан в 2013 г. По характеристике экс-министра охраны природы Арама Арутюняна, лучшая природоохранная программа, стоимостью 8.25 миллионов евро.

Проблема: В комплекс объединены особо охраняемые территории с разным режимом охраны: государственный заповедник "Шикахох", национальный парк "Аревик", государственные заказники "Платановая роща", "Зангезур", "Хуступ", "Бохакар" и "Сев лич", общей территорией около 70 000 га под одним управлением.

Поставленные задачи:

- организация международного тендера по выбору организации, осуществляющей программу,
- картирование и уточнение границ национального парка "Аревик",
- изучение и оценка социально-экономического состояния соседних общин.

СИТУАЦИЯ

1. Картирование границ комплекса не завершено.
2. Устава нет, так как не разработана система управления.
3. В Законе РА «Об особо охраняемых территориях» нет определения «Биосферный комплекс», которому бы соответствовал свой статус и режим охраны.
4. Обсуждение «лучшей» природоохранной программы в общинах не проводилось, информации практически нет, или она неполная.

Результат: общины не знают, в каких пределах режима охраны ООТ они находятся, и какая деятельность соответствует природоохранному законодательству РА, какую хозяйственную деятельность они могут себе позволить, а какую – не могут. 

ЭкоЛур представляет беседы руководителя общественной организации «ПрофСоюз» Артура Газаряна с жителями двух общин, Личк и Таштун, расположенных  по соседству, либо на территории буферной, либо хозяйственной, либо заповедной зоны Национального парка «Аревик». Уточнение статуса территории будет получено после того, как границы парка будут внесены в Государственный кадастр.

Староста общины Личк Сюникского марза РА Оганнес Мирзоян: Мне казалось, что когда говорят о национальном парке «Аревик» то речь идет о государственном лесе, который становится нацпарком. И что только эти участки должны быть включены в территорию национального парка ‘’Аревик’’. Но на днях (апрель 2015 г.) мы выяснили касательно одного участка, который является административной территорией нашей общины, что и этот участок входит в территорию национального парка.

Артур Газарян: То есть никто не осведомил и не обсуждал этот вопрос с руководителем общины, и с самой общиной?

Оганнес Мирзоян: Нет.

Артур Газарян: А проводились общественные слушания, обсуждения, связанные с созданием охраняемой территории?

Оганнес Мирзоян: Вообще не было слушаний насчет национального парка...Всего два дня назад я узнал, что один участок, который является нашим пастбищем, фактически не наша административная территория, и что он принадлежит национальному парку.

Староста общины Таштун Сюникского марза РА Генрик Габриелян: Когда земли общины Таштун были включены в национальный парк, мы об этом ничего не знали. Когда начались работы по картированию, тогда только узнали.

Артур Казарян: То есть у вас тоже не спрашивали?

Генрик Габриелян: Не спрашивали, ни у жителей, ни у меня. Я уже 6-ой год являюсь сельским старостой, но перед нами не ставили вопроса, «за» мы, или «против» национального парка...Генрик Габриелян: Но я хорошо знаю, что когда не было парка,  но был лесхоз (примечание ЭкоЛур: В территорию Национального парка «Аревик» вошли земли Лесного фонда, Мегринского лесного хозяйства), тогда проблема была, что  в лес заходить нельзя, и животных пасти нельзя...Но тогда людям предоставляли   лесосеку, люди заходили в лес, платили и вывозили дрова. Этим как-то решались  социальные вопросы. А сейчас ничего не выдается. У нас вопрос, может потому, что это  территория национального парка?

Генрик Габриелян: Община имеет 700 гектаров лесного фонда, но если мы сегодня посмотрим на то, сколько населения в нашем селе, то это максимум, 30 семей. И для этих 30 семей проблема с дровами самая серьезная. А завтра будет еще серьезнее.

Генрик Габриелян: До нас доходят слухи, что этот участок войдет в территорию национального парка, вернее, уже вошел, но жители общины не знают об этом.

ЭкоЛур: А Меграсарское месторождение сейчас эксплуатируется?

Генрик Габриелян: Нет, не могут добывать этими технологиями...С декабря не работают, сделали сокращения.

ЭкоЛур: Какие ваши отношения с национальным парком ‘’Аревик’’?

1-ый Житель села Таштун: Никаких. Все запрещают, не дают дров, говорят заповедник, что еще должен дать нам? 

Вопрос ЭкоЛур: То есть, терпите социальные ущербы?

Житель: Да, ущерб есть. Мы хотя бы пользовались лесом. А сейчас запрещено, едем в Капан, покупаем дрова, хотя живем в лесу. 

2-ой житель села Таштун: То, что имеет особый режим, и проявляется особым образом для нашей общины. У нас 6-7 месяцев зима. Газа нет. И нам нужно тепло, нужны дрова. А то приходят, показывают 1-2 дерева, и то в ноябре, чтобы еле выжили, и думают, что  так и должно быть.

Вопрос ЭкоЛур: А как вы живете, за счет чего?

Житель: За счет садов. У нас есть яблони, посаженные еще во время совхоза,. Рубим яблони, уничтожаем сад. Дети не спрашивают, дерево дает урожай, или не дает. Детям холодно, вот такие дела...Село угасает, на сегодня нет ни одной программы, чтобы помогала нашей деревне.

Вопрос ЭкоЛур: А Меграсарское месторождение когда открылось, оно вам что-то дало?

Житель: Как открылось, так и закрылось. Рабочие сидят дома. Им сказали, идите,  отдохните.

Вопрос ЭкоЛур: То есть горная добыча также ничего не дала вам?

Житель: Ничего.

Вопрос ЭкоЛур: А сельским хозяйством занимаетесь?

Житель: Как заниматься, нет ни топлива, ни саженцев, деревья вырубили, ничего, здесь ничего нет, до нас ничего не доходит...Когда слушаешь министра сельского хозяйство, кажется, что все есть, все хорошо, но конкретно сегодня наша община всего лишена. 

Вывод. Проблема управления новым комплексом соприкоснулась с одной из главных проблем – отсутствием работающих социальных и экономических программ для общин. Особенно для тех, которые находятся в пределах ООТ, и дополнительно ограничены статусом ООТ.

Вопросы. Помогут ли общинам 8.2 миллионов евро, обещанных Германским банком развития KfW биосферному комплексу «Зангезур»? Будут ли обсуждаться с общинами эти программы? Проведут ли газ, чтобы сохранить лес? Откроют ли снова Меграсарскую программу открытой эксплуатации Меграсарского (по публикациям геологов, «золото-уранового месторождения)? И как при этом сохранится национальный парк «Аревик», или заповедник «Шикахох» на создание и сохранение которых все последние годы тратились средства международных природоохранных фондов?

Ответы. Ответов пока нет, но скоро они появятся, так как KfW обещал перевод первого транша из вышеупомянутых 8.2 миллионов евро.

Май 07, 2015 at 14:02