ЭкоЛур
«Я получаю 38.000 драмов пенсии, с апреля храним эти деньги, копим, осенью покупаем 4 куб/м древесины, чтобы вместе с женой перезимовать», - говорит житель общины Маргаовит Лорийского марза Феликс Сафарян.
Община Маргаовит, имеющая около 4000 жителей, окружена Гугарскими лесами. Накануне зимы первоначальная проблема жителей – достать древесину. «Наша община находится на высоте 1760 м над уровнем моря. Зима у нас суровая, длится от 5 до 6 месяцев. 90 % жителей имеют газ, но из-за высокой цены не все могут пользоваться газом. Нужда в древесине есть», - представил ситуацию общины сельский староста Самвел Ананян.
Жителям Маргаовита ежегодно полагается 8 куб/м валежника как лесной общине. Однако валежника в лесу недостаточно. Жители приобретают древесину из предоставляемой лесхозом лесосеки. «Нам выдают чек на древесину из лесосеки, и мы законным образом пользуемся, но если древесина стоила бы чуть дешевле, было бы лучше», - говорит сельский староста.
По словам жителя Маргаовита Феликса Сафаряна, за 1 куб/м древесины в лесосеке он платит 10.800 драмов. А чтобы прожить зиму, нужно как минимум 7 куб/м древесины, но еле-еле удается достать 3-4 куб/м. Проблема не только в высокой цене древесины. Не всегда удается добраться до лесосеки и перевезти древесину. «Нам предоставляют лесосеку, но она недоступна, там такие горы, такие недоступные места, что ни один транспорт не может добраться. Скоро зима, а мы стоим перед фактом, не знаем, как быть, - говорит житель Маргаовита и продолжает, - идите, спросите у министров, у других, в чем же польза тех людей, которые живут в лесу, но не могут пользоваться древесиной. Незаконные рубки полностью запрещены. Честь и хвала нашему лесничему, он очень хорошо сохраняет лес. Состояние леса очень хорошее, а наше очень плохое».
О зависимости общин от леса ЭкоЛур побеседовал с директором Гугарского лесного хозяйства Ареном Агабабяном.
«Если у человека нет выбора, если его ребенок должен замерзнуть, он сам должен замерзнуть, конечно он попытается достать древесину из леса. Но когда мы даем им альтернативу, предоставляем законную лесосеку, люди пользуются этим вариантом», - говорит Арен Агабабян.
А входит ли в лес бизнес? В ответ на вопрос директор Гугарского лесного хозяйства ответил: «Нет, бизнес…уже нет. Штрафы у нас очень строгие, им это не выгодно. Я гарантирую, что на территории Гугарского лесхоза нет ничего такого, чтобы бизнес входил и рубил лес. Это невозможно. Для представителей бизнеса мы выделяем лесосеку, там и строительные материалы есть в большом количестве, они приходят и законным образом приобретают. Мы создали такие условия, что нет смысла незаконно рубить лес».
Территория Гугарского лесхоза составляет 16146 гектаров. На одного работника леса попадает 600-700 гектаров территории. Охрану леса работники осуществляют пешком. «Техники у нас нет, лошадей нет, формы нет, а в лесу очень много диких животных – медведь, волк, шакалы…кроме этого, если бывает что-то незаконное, нам не удается обнаружить нарушителя, а в результате страдает работник леса. В этом слысле они незащищены», - говорит Арен Агабабян и подчеркивает, что лесхозу нужна поддержка, которую бюджет не может обеспечить.
Материал подготовлен в ходе тренинга и медиа тура для журналистов в рамках программы ENPI FLEG II, которая осуществляется Всемирным банком совместно с Международным союзом охраны природы (IUCN) Всемирным фондом природы (WWF) при финансовой поддержке Австрийского агентства развития.
Подробности в видеоролике
Октябрь 12, 2016 at 13:04